[капает вода]
[электростатический треск]
[Меглин за кадром] У самой границы
дорога всегда становится шире.
- [звенит школьный звонок] - [голоса детей]
С тех пор, ребята,
прошло почти 30 лет.
Но мы помним и чтим
подвиг Зои Космодемьянской.
Сейчас я покажу вам фотографии.
Страшные фотографии.
Но я хочу, чтобы вы их видели.
Подумайте о том, что чувствовала
эта девочка.
Ведь она была не намного старше вас.
Смотрите.
И помните.
Ее тело висело месяц.
А под Новый год
пьяные немцы
ее, Зою, уже мертвую,
раздели
и кололи ее тело
штыками.
[электростатический треск]
[гул голосов]
[Есеня] Ты чувствуешь?
Я тебя люблю.
[следователь] Знаете, вот по этим материалам
у меня складывается впечатление, что он был просто жулик.
Всех маньяков он устранял на месте.
Зачем? Чтоб их потом допросить не могли?
А ничего, что после этого убийства прекращались, вы не заметили?
Но мы не знаем, почему.
Убийцы могли скрыться, затаиться, что угодно.
У нас что, мало случаев, когда мы сажали не тех?
Я понимаю, вы сблизились.
Но подумайте: наркоман, алкоголик…
- Это неправда! - Сумасшедший человек,
который просто водил всех за нос.
Придумал какой-то «метод»…
- Не смей так говорить! - …которого никто не понимал.
Что это за метод, в чем он.
Есения Андреевна,
я не одобряю пыла моего коллеги,
но разделяю его недоумение.
Начиная с дела Цветкова
вы с Меглиным работали на равных,
а иногда и заменяли его
без малейшего ущерба для дела и без всякого метода.
Начиная с дела Цветкова…
…и я им пользовалась.
[патологоанатом] Изнасилования не было.
Эта, как и две предыдущих, повешена живой.
Не совсем.
Может, мне ничего не рассказывать, если ты уже все знаешь?
Палыч, гордыня для патологоанатома – глупое качество.
Давай, не томи, рассказывай.
Я – не патанатом.
Я – эксперт.
Я ж говорю – гордыня. Почему ты сказал «не совсем»?
М-м. Кожу на шее увидела?
Вот если в сознании, тело на петле дергается.
Кожа на шее повреждается.
Женская, нежная – тем более.
А у нее повреждений…
…нет.
Вот делать мне больше нечего, кроме как любоваться
нежной кожей трупа.
Ты сказал, повесил паузу, чтобы я спросил, правильно?
Ты что-то знаешь, молчишь…
Ты хочешь впечатление на меня произвести?
Давай, производи.
Повешена живой, но… без сознания, правильно?
Нет. Не без сознания. Но и не в сознании.
Это как? Вот ты меня не пугай.
А вот так.
Что я у них нашел в желудках,
у всех трех, никогда не догадаешься.
Заявление с именем убийцы. Дальше.
Нет.
Торт бисквитный.
- Со снотворным. - Если бы.
Я изъял анализ состава, но я такого еще не видел.
В торте алкалоиды тропанового ряда.
Скополамин.
Это что?
«Сыворотка правды». Военные используют на допросах.
Подавляет волю.
Жертва понимает все, что с ней происходит, но сопротивляться не может.
Но самое интересное – скополамин в торте был
не в препаратном виде, а в натуральном.
А его единственный источник в природе –
дурман индийский.
Э…
Это он что, дома, что ли, этот дурман выращивает?
[усмехается]
Ох, Палыч.
Фляжку достань.
- А где она? - В бардачке.
[откручивает крышку]
Что это?
[глубокий выдох] Морфин.
- [звонок мобильного телефона] - Девчонки!
Да, пап.
Сигареткой не угостите?
Ну конечно, с ним, а с кем я еще могу быть.
- Что? - [Меглин] Спасибо.
- В каком смысле «отдохнуть»? - О!
Да я не устала вроде бы.
Да нет, пап, хорошая идея, но…
Ну почему его так раздражает, что я с тобой работаю?
А кому понравится, что его дочь с маньяком спит, а?
Я с тобой не сплю.
Здрасте. А как ты ему это докажешь?
Что ты со мной все время делаешь? Учишься? Смешно.
Чему я могу научить?
Я ж не педагог.
Вы следователь?
Да, добрый день. Виктор Сучков.
«Сучком» в школе звали, да?
Нет. А в-вы, простите…
[мужчина] Прочность, нерушимость семейных связей,
семейных ценностей определяет…
…стабильный социальный, демографический
и даже экономический рост любого государства.
Вот это определяет… э…
А подводя итог лекции, необходимо подчеркнуть,
что сохранение института семьи –
стратегическая задача
всех идеологий, независимо от политического устройства.
Э… Собственно, семья и есть главная идеология…
…на протяжении всей истории человечества.
Эээ…
Спасибо, все свободны.
Пойдемте.
Ну вот, собственно, Сергей Леонидович,
декан э… факультета семейной психологии.
Майор Меглин и э… лейтенат Стеклова, следственный комитет.
Слушаем внимательно.
Вы знаете, у нас, э… не то чтоб я подозреваю там или что-то…
Просто я должен сообщить, что у нас есть преподаватель
на факультете экстремальной психологии, Жуков Андрей Иванович.
Ну?
Ну, он уделяет… э-э… повышенное внимание студенткам.
Я ему говорил, что это идет вразрез с… э-эм…
Нехорошо. Все. Нехорошо, что я это сейчас говорю.
Да нет, все правильно.
- А он работает сегодня? - А у него сейчас лекция.
Он… э…
О! Идет, идет, идет.
[нервно посмеивается]
Здравствуйте.
Добрый день.
Извините.
Можно ли нам у вас на лекции поприсутствовать?
Говорят, очень занимательно.
А вы, простите, кто?
Из МЧС. Опыта набираемся.
Вас порекомендовали как знатока экстремальной психологии.
Ну, пожалуйста. Прошу.
Факторы, усиливающие травматический стресс:
восприятие случившегося как крайней несправедливости,
неспособность или невозможность хоть как-то противостоять ситуации
и, наконец, пассивность поведения, наличие не завершенных ранее травм,
а также физическое переутомление.
Также: дестабилизирующая организация деятельности,
состояние здоровья специалиста.
Благоприятное физическое самочувствие,
а также, заметим, корпоративная культура.
Таким образом, можно сделать главный…
Это он.
…вывод: что психология жертвы –
- это основная причина… - [Меглин] Ну а почему бы и нет.
- [лекция продолжается, неразборчиво] - Доступ к студенческому телу имеется.
Обаяния – вагон.
Вон смотри.
Она уже готова прямо щас
отдаться экстремальной психологии.
…и не поддается животным инстинктам.
Одним словом, ваше спасение – в ваших же, друзья мои, руках.
[разговаривают]
[Есеня] О чем они говорят?
Я думаю, он предлагает продолжить тему лекции в приватной обстановке.
Для большего, так сказать, раскрытия.
Надо за ним проследить.
Так…
Поскорее.
[хихикает]
Ну давай, давай, давай. Пошли. [рычит]
- [стук каблуков] - Ну быстрее можно?
[скулит]
[шепотом] Ну скорее!
Тут.
- Здесь? - Тут.
Ну что? Здесь он ее трогать не будет,
он должен, чтобы увести, накормить скополамином.
Логично размышляешь.
Я думаю, он прямо сейчас этим и занимается.
То есть что, нам нужно подождать, пока он ее накормит тортом?
Цинично, конечно, но зато возьмем с поличным.
А то потом начнет говорить: «Не мое, подкинули». Хрен докажешь.
- Будем ждать. - Ну конечно.
[глубокий выдох]
[Меглин вздыхает] Почему он убивает?
Он ведь не похож на закомплексованного ботаника,
которого, там, унижали в детстве.
Он хорош собой, нравится всем девочкам.
Почему он это делает?
Ну щас спросим.
[вздыхает]
- [девушка взвизгивает] - [ахает]
[девушка стонет]
- Слезь с нее, животное! - [девушка повизгивает]
Что происходит? Вы что себе позволяете?
- Торт ела? - Чего?!
Торт ела, дура?
Нет!
Ну че, старик, поздравляю. Это успех.
- Какая по счету? - Я не понимаю, что происходит?
За зачет или по любви?
Ну, дело твое,
только ему еще вот лет 20 здесь преподавать.
- Так что ты у него не последняя. - [ хнычет]
Вот мой тебе совет:
выброси все эти мысли по поводу вечной любви из головы
и налегай на секс.
И опыта наберешься, и учеба в гору пойдет.
[часто дышит] Торт надо на экспертизу взять.
Обязательно.
Ты издеваешься? Ты же знал, что это не он!
Свои шишки набивать надо.
Чужие не болят.
- Да, профессор? - Да.
Извини, отвлекли.
[девушка вскрикивает]
Черт знает что в институте творится.
- Черт знает что. - [хнычет]
Здрасте, Андрей Сергеевич, ну, как доехали?
Пробки, наверное, да? Ну, я специально, чтобы вам удобно было, поближе к вам.
Саш, у меня мало времени.
Хорошо.
Андрей Сергеевич, я видел Есеню,
и она очень изменилась.
Мне кажется, что эта стажировка ей далеко не на пользу.
К делу, Саш.
Я знаю, что вы хотите ее вернуть.
Я могу это сделать.
Но мне нужна ваша помощь.
Ну?
Мне нужен доступ к делу Захаровой.
Анюли, нашей однокурсницы.
Приятного аппетита.
[Есеня] Спасибо.
Третий час сидим.
Зачем?
Слушай, я такого ужасающего салата со школы не ел.
- Хочешь попробовать? - Нет.
Ой, нет, девчонки, спасибо, я сегодня всю ночь не спала,
мама в ночную, я с мелкими одна, поэтому…
Наташка два раза сегодня просыпалась.
Давай вопить: «Где мама, где мама?»
Максимка с ней, все давай орать. [смеется]
Да я, наверно, час их укладывала.
Потом еще утром завтрак им надо было приготовить и в школу собрать, и…
Поспала минут пятнадцать, не больше.
Ты думаешь, он мимо пройдет, и ты его учуешь, да?
М-м.
Пытаешься увидеть жертву?
Не-а.
Пытаюсь понять, как он их отбирает.
- [Есеня] И как? - [девушка] Спасибо большое, но я… нет.
Надо в аптеку зайти после… после пары.
А с утра еще всем кашу приготовь. Тетрадки…
Еще и в школу подвозить, представляете?
Да вообще.
Слушай, и с мелкими сидеть, и сессию – трудно же.
- Да нет, не трудно. - Да нет, трудно.
Тяжело быть старшей сестрой. По себе знаю.
[смеется]
Зато потом быть мамой легко будет.
[девушки смеются]
- Приятного аппетита. - Спасибо!
А кто это?
Мы его видели, помните? Он приходил.
- Прикольный. - Да.
Нужно телефончик в деканате достать.
У него нет телефона.
Ну и не надо.
В вашем торте скополамина нет.
[прищелкивает языком]
- К тому же, он фабричный. - И что?
В случаях с девушками в тортах был высокий процент желтка.
То есть он еще и сам готовил?
Он еще и кулинар.
Э… Там родители потерпевшей.
Э, я их минут через пять позову, пока с ними психолог поработает.
- Хорошо, я не спешу. - Угу.
Сучок! Ой… м-м… Лейтенант.
Ты там…
Капитан.
Да. В кабинете психолога…
…двери до конца не закрывай. Хорошо?
- Хорошо. - Спасибо.
[дверь закрывается]
[женщина рыдает]
[женщина 2] Мои слова, конечно, не вернут Лизу,
но вы сейчас должны думать о жизни, а не о смерти.
У вас же двое маленьких сыновей.
[рыдания продолжаются]
Если вы сейчас опустите руки, то страдать будут они.
Я думаю, что Лиза не хотела бы этого.
Она хотела бы, чтобы вы ее помнили, но жили.
Жизнь продолжается.
- Ваша жизнь. - [вздыхает]
И жизнь ваших детей, понимаете?
- [рыдания продолжаются] - [мужчина] Успокойся. Успокойся.
[мать] Да…
[шепотом, неразборчиво]
- [мать, рыдая] Конечно… - [мужчина, мягко] Тихо, тихо, тихо.
[продолжает рыдать] Да…
- [рыдает] - Тихо, тихо, тихо, тихо.
Простите, вы не… не врач, нет?
- Нет. - Черт!
- А что случилось? - Знаете, там ребенок, я думал…
Подошел к машине, там что-то мяукает, я подумал, кошка, хотел согнать, а там
подкидыш, вот такой вот, синий весь,
я его вытащил, но не знаю, что с ним делать дальше.
Так, я не врач, но первую помощь оказать смогу.
Да, спасибо! Вот-вот-вот, в машине, пойдемте.
- Дышит еще, да? - Пока дышит.
А… а где ребенок?
- Да тихо, тихо. Иди сюда. - [вскрикивает]
- A! - Тихо, психолог.
Ты спрашивала, как женщину посадить в машину? Очень просто.
Скажи «там ребенку плохо» – тут же побежит спасать.
Без вопросов. Инстинкт сработает, да?
Женщина – значит мать. Мать – значит жертва, поняла?
Поняла она, отпусти ее.
Учения проводим. Экстремальная психология.
А тебе, психолог, надо осторожнее
оказывать первую медицинскую помощь незнакомым маньякам, поняла?
И вообще людей учить осторожности.
Пошла.
Козлина!
[Меглин вздыхает]
Иногда мне кажется, я бы тебя убила.
Звони Сучку, узнавай, сколько братьев и сестер было у первых жертв.
Звони, звони!
[Есеня] А почему вы сразу не сказали?
Это общий признак.
Не подумали?
А что мешало?
Думать что мешало?
Понятно.
[резкий вдох]
- Все из многодетных семей. - Угу.
Ты это знал.
Как ты это понял?
Правильно задавай вопрос.
Не как я это понял, а что из этого следует. Ну?
Маньяк воспроизводит обстоятельства детства.
Он сам из многодетной семьи?
Если бы Сучок мне такое сказал, я б понял, а ты…
Думай дальше. Ну.
Многодетная семья – это стая,
где общее благо важнее личного.
Вот так появляются хорошие родители, верные друзья, герои
и жертвы маньяков.
В общем, все те, кто верит в добро и помогает ближнему.
Ну?
Получается…
…все девочки были воспитаны такими…
…и он этим пользовался?
[громкий выдох] Да.
Он не рискует.
[гомон студентов]
Наташ, ты моя хорошая.
Сто лет тебя не видел.
[смеется]
Я бы тебя еще сто лет не видала.
- Правда? - Угу.
Че, новая твоя?
- Ну типа того. - А. Ну ниче так.
- Думаешь? - Ага.
Ну че ты стоишь? Иди.
- Подождешь здесь? - Угу.
- Слушай, ты вроде блондинка была? - Поумнела.
- Сигаретку будешь? - Слушай, иди уже, а.
[откашливается]
Все мы с вами, к сожалению, знаем,
что три студентки нашего вуза стали жертвами маньяка.
И сегодня наши гости из компетентных органов
проведут для вас инструктаж
по обеспечению личной безопасности.
Прошу вас, пожалуйста.
[гул голосов]
Значит, я хочу, чтоб было тихо.
Еще тише.
Тема лекции:
«Как не стать жертвой маньяка».
Поднимите руки те, кто считает себя жертвой.
Смелее, смелее.
- Нет таких, да? - [студенты] Нет. Нет.
Ага.
Значит, человек, который охотится, считает по-другому.
Он видит, кто из вас жертва.
И нападает не случайно.
Значит, чтобы не стать добычей,
надо знать две вещи об охотнике.
Что он хочет и чего боится.
Иногда они совпадают.
Сейчас моя ассистентка...
...наглядно продемонстрирует вам, чего он хочет.
Наташ.
Вот сюда давай. Давай.
[общие возгласы]
Что здесь происходит?
[смех, возгласы]
[свист]
[смех]
Оу!
[свист, возгласы продолжаются]
[мужчина] Да что происходит, я не могу понять?
Пожалуйста, прекратите немедленно.
- Все? - Все.
Лекция окончена. Спасибо.
- Ну что, развеялась немножко? - [целует]
- Может, потанцуем как-нибудь? - [смеется]
[смеется]
Пока, спасибо!
Тоже из ваших?
А как же. Из наших.
Эксгибиционистка.
Нет! Грубое слово.
Наташа – красивая барышня.
То есть тебе такие нравятся.
Ну и что, теперь ты знаешь, кто он?
- А ты? - [девушка] Привет! Как дела?
[резкий вдох]
- Что ты хочешь? - Ты чего?
- Оля, что ты хочешь? Оль! - Ты чего?
- Что ты... - [ахает]
- [задыхается] - Щас, щас.
Щас, щас.
[крик отдается эхом, приглушенно]
- Разойдитесь! - [гомон]
[запыхавшись]
[охает]
Ой. [затрудненное дыхание]
[сдавленный смех]
Бергичу звони!
[гул голосов]
[пациенты завывают, бормочут]
[вздыхает]
Онейроидный синдром.
Что это?
Острый психоз.
- Я могу его увидеть? - Сейчас – нет.
Это может быть небезопасно для него и… и для вас тоже.
Полный покой
и изоляция.
Хотя бы на несколько дней.
[вибрация]
Ты что здесь делаешь?
Привет.
Я тоже соскучился.
А откуда про это место узнал?
Оттуда, что я следак, вообще-то.
И не самый плохой, надеюсь.
В управлении сказали, у Меглина инсульт.
Нет.
Просто… Неважно.
Слушай, я тут подумал, вроде как у тебя сегодня выходной, депрессия.
Давай проведем ночь в дыму и пьяном угаре.
Я твой дилер счастья на сегодня.
Ну нахрена еще друзья нужны. Поехали.
Жень, спасибо тебе за дружескую заботу, мне надо работать.
[следователь] И вы хотите сказать,
что с этого момента вели расследование самостоятельно?
Нет.
[вздыхает]
Как же тогда?
Вы пазлы когда-нибудь собирали?
Допустим.
Думаете, рисуете картинку…
…а она уже нарисована.
Вам осталось только собрать из деталей.
Он дал мне их.
[Есеня] Все убитые девушки…
…учились в одном институте.
Пытаешься увидеть жертву?
Пытаюсь понять, как он их отбирает.
Ой, девчонки, не, спасибо.
У меня мама опять в ночную, я с мелкими сижу, одна, поэтому…
[эхом] Да нет, трудно.
Тяжело быть старшей сестрой.
- По себе знаю. - [смеется]
Зато потом быть мамой легко будет.
[девушки смеются]
[дети кричат, смеются]
Уф!
Даже не знаю, как вас благодарить.
Такой замок и так открыли легко, даже не сломали.
Замок-то плевый.
Всего пятьсот рублей.
А. Щас.
[грохот инструментов]
Спасибо.
[скрип половиц]
[щелкает пальцами]
[Меглин] Дурман.
Aга.
Годы нужны, чтоб научиться им хотя бы защищаться.
А у нас времени мало.
- Ну спасибо, что не потеряла. - Почему ты не в больнице?
А че мне там делать?
Полежал, подумал: вдруг ты поймешь, кто он, придешь в гости к нему, он тебя тортиком угостит.
И плакал мой ножичек.
А у меня с ним столько воспоминаний.
Я тебе сколько раз говорил: дверь закрывай.
Щас.
Закрыл я уже.
Да, да, я тоже скучал.
Я прочитала, что в древности этот цветок называли…
…«трубой ангела».
Какого ангела, не уточняется?
- Уточняется, смерти. - М-м.
Ох ты…
Что?
Проколы. Шприц.
Значит, в малых дозах подавляет волю...
...в средних – потеря сознания,
интересно, что будет в больших.
Шаманы, если хотели не просто убить врага,
а навести на него ужас, использовали сок дурмана.
Ну?
Считалось, что
человек перед смертью видит такие видения и испытывает такие муки,
что даже боги не могли бы этого выдержать.
Что ж это за муки-то, а?
Надо бы попробовать.
Шучу.
Палычу обещал. Он же у нас любитель редких ядов.
Почему у тебя морфий в машине? Ты что, еще и наркоман ко всему?
К чему это «ко всему»?
И что за допросы?
Что видишь?
Это комната его матери.
Ее нет в живых, тут все, как при ней было.
Дальше.
Некоторые читали чаще, чем другие.
Ммм.
Она была учительницей.
Он рос без отца.
- А с отцом что? - Умер или ушел.
Умер или ушел?
Ммм…
Кресло.
Кресло?
Давала она ему редко. И со скрипом.
Он перестал с ней спать.
- Купил себе креслице. - Угу.
И жил в нем, а потом вообще ушел из семьи.
И она осталась одна.
У нее ведь и с сыном так было. Все, что касается секса, под запретом.
Все девушки были раздеты, но не изнасилованы, потому что мама была застегнута на все пуговицы.
- Он импотент? - Не-а.
Нагота для него и есть секс, он что, при виде голой женщины сразу…
Правильно.
Я думаю, первая девушка хохотала от души.
Остальных он просто спаивал, чтоб ничего не помнили.
Так он действовал до тех пор, пока не узнал,
что на свете существует наука ботаника.
Вот только так он представлял себе женщину.
[Есеня] Он пошел учиться на психолога, чтобы разобраться в себе.
[Меглин] И разобрался.
Только не в себе, а в психологии жертвы.
Девушки, которых он выбирал,
потенциально были готовы к этому.
А как он их… заманивал?
Девочка из многодетной семьи
привыкла жертвовать собой ради младшего брата или сестры.
Быть жертвой – тоже привычка.
Он их не заманивал.
- Просто просил помочь. - Помочь в чем?
Ну в том, что они умеют: присмотреть… за детьми.
У него нет детей, я проверила.
[посмеивается]
Вторую комнату не хочешь посмотреть?
Если я не прав, он твой.
«Спят детки.
[шепотом] Может, пока чайку? С тортиком? А?»
[присвистывает]
Но так же нельзя.
Мы же все знаем, должны его взять.
Или ты садист?
Получаешь удовольствие от пыток. А?
А ты как думала.
О, вот и они.
[запуск мотора]
[дверца машины открывается, закрывается]
[запуск мотора]
- [хватает ртом воздух] - Что тебе надо? Не трогай меня!
- Иди сюда! - Отстань!
- Иди сюда! - Че тебе надо?
Че тебе надо?
Не надо! Не бей меня, не надо!
- Иди сюда! - Не надо!
Скотина…
[хнычет] Не на…
- [удары дверью] - [кряхтит]
[мужчина] Эй, мужик! Алё! Ты че делаешь, э!
Хорош, говорю!
Ты че делаешь-то?
[запыхавшись] Закурить есть?
У меня вопросик к тебе один.
Ты ведь торт вместе с ними ел, чтобы не заподозрили, правильно?
Как?
Я понемножку… два года… с едой… [всхлипывает]
Вот молодец.
Вырабатывал иммунитет к ядам.
- Хорошо. - [хнычет]
А сдохнуть не хотел?
Че руки-то на себя не наложил?
Прости меня, пожалуйста. Я больше не буду.
Извини, я… я всей жизнью тебе…
Ну че, потрудимся?
[рыдая] Не… не надо…
У меня у самого дочка, ты, животное.
Труд сделал из обезьяны раба. Давай.
- [вскрикивает] - [запуск моторов]
- Ну давайте. Только медленно. - [вскрикивает]
Сразу не порвите, а то не интересно будет.
- [кричит] - [рев моторов]
[рыдая] Не надо!
Стой! Я прошу тебя, остановись! Так нельзя!
А ты не слышала, как они каются?
Как они жить хотят?
[хнычет]
Ну давай, расскажи ей, как жить хочешь.
Она поймет, поверит. Добрая.
Прости меня, прости меня, я всю жизнь буду искупать,
и-искуплю, всей жизнью искуплю! Всей жи…
Слышала? Жизнью искупит, говорит.
Давай, отпусти. [лезвие открывается] На.
Режь веревки.
Он потом над тобой смеяться будет.
Я одного отпустил. По дурости.
Так же вот клялся, умолял.
Поверил ему, выпустил.
Он потом двоих убил за неделю.
Так что искупление у меня одно – кровью.
Здесь и сейчас.
Не надо! Не… не на…
[хнычет, рыдает]
Не могу брать грех на душу.
[лезвие закрывается]
А я могу?
- Не смей! - [запуск мотора]
Нет!
[пистолетные выстрелы]
[мотор выключается]
[шипение радиатора]
[переговоры по полицейской рации]
Капитан.
На минуточку.
[посмеивается] Повезло тебе.
Добрая она.
Врача сюда, скорей!
- Да скорей же! - [возбужденные возгласы]
Врача сюда, быстрее!
Пошли отсюда! Да отойдите!
Поехали.
- Сделайте что-нибудь! - [фельдшеры, неразборчиво]
Отойдите отсюда все! Отойдите!
[Есеня] Может, скажешь, куда мы едем?
Пистолет в деле твоей матери.
С хозяином не хочешь познакомиться?
Он что, жив?
Мы к нему едем?
Ты можешь просто ответить?
Это вместо «спасибо», я правильно понимаю?
Спасибо тебе.
Чему ты радуешься?
Я искала его по всем базам. Ничего.
Пропал, как будто и не было никогда никакого Огнарёва.
- Как ты его нашел? - Так же, как тебя.
По-моему, это я тебя нашла.
Тебе показалось.
[мужчина] Стой!
[Меглин] Вот и Огнарёв.
Не надо.
Мы поговорить пришли.
Так же, как с ними?
Поговорить? Да?
Нет! Я не дамся!
Ружье убери!
Пару вопросов зададим и уйдем.
Давай-давай, убери! Нет!
[Есеня] Родион!
[резкий выдох]
- Ты как? - Мазила.
[охает]
[стук гильзы] [пулеметный огонь]